Олейник Павел Александрович. Позывной «Паша»

 

Олейник Павел Александрович. Позывной «Паша»


06.08.1990 – 11.02.2015


Славянский район, село Хрестыще


 

Павел родился в селе Хрестыще Славянского района Донецкой области. Через два года в семье появилась дочь Татьяна, а в 1997 году – Ксения. Молодой многодетной маме Людмиле помогали ее родители — Надежда Николаевна и Иван Алексеевич. Дед, тракторист, депутат, души не чаял во внуке. Паша рос активным, подвижным и любознательным ребенком. Дедушка Иван видел в нем продолжателя семейного рода. Научил разбираться в технике – машины, мопеды, велосипеды были основным увлечением внука. Но, решив все по-своему, после школы Павел пошел учиться в Славянское училище. Получив специальность электрика, остался жить с дедом и бабушкой в селе, помогая им по хозяйству.

Паша всегда мечтал быть военным. Гордился отцом, который исполнял интернациональный долг в Афганистане, был командиром танковой бригады, имел государственные награды. Сам никогда не носил заслуженных наград, но каждый год в День Победы, 9 мая, надевал их на грудь сыну, и они вместе с ветеранами Великой Отечественной войны шли в одной колонне.

Когда пришло время призыва в армию, Павла не допустили к службе по состоянию здоровья. Мечта быть военным оборвалась.

— Я родила двух сыновей и трех дочерей. Павел – старший. Он у нас лидер, весельчак. Всегда дарил цветы. Мог на последние деньги купить подарки – не жалел. Сестры были за ним, как за каменной стеной. Девчонки его слушались — он был ответственным во всём, человек слова. Никогда не было случая, чтобы Павел что-то пообещал и не сделал.

— От первого брака в 2011 году у Павла родилась дочь Анечка. К сожалению, семейная жизнь не сложилась, и сын приехал к нам в Донецк. Устроился грузчиком-сортировщиком на медицинские склады. В 2013 году от второго брака родился сын Дмитрий.

 

Когда в конце 2013, начале 2014-го пошли митинги по всей Украине, никто и представить не мог, что родной Славянск для Павла скоро станет недоступным. Во время очередного отпуска поехал к бабушке помочь со строительством хозпостроек, а в 2014 туда вошли танки. Чуть не попав под всеобщую украинскую мобилизацию, бросив недостроенный сарай, Павел решил уехать в Донецк. В это время жена с сыном уехали в Россию.

— Именно тогда у сына зародилась цель – пойти в ополчение, — продолжает Людмила Ивановна. — В начале 2014 года первым ушел служить мой супруг, а я сначала дежурила возле ОГА, потом возила ополченцам на передовую продукты, сигареты, медикаменты.

— 21 июня в ополчение пошла и я, — рассказывает Людмила Ивановна (позывной «Юлдисен»). — Младшенькому было 5 лет. К тому времени старшая дочь вышла замуж, была самостоятельной. На нее легла вся ответственность. Я не могла иначе. Ушла на защиту своих детей, семьи, своего дома. Я раньше много читала о войне, смотрела фильмы, сейчас собственными глазами увидела фашизм. У меня пятеро детей, я не хочу, чтобы мои дети испытали ужас насилия.

— Чуть позже меня назначили командиром взвода. 15 ноября 2014 года ко мне во взвод пришел Павлик. Мы с мужем долго его отговаривали, — вытирает слезы Людмила Ивановна. Двое из семьи на войне – вполне достаточно, но как можно уговорить сына не ходить на войну, если его мать там с первых дней.

 

Никогда не служивший парень быстро освоился и спустя несколько дней стал заместителем командира взвода. В любой момент мог подстраховать мать, взять на себя часть ее обязанностей.

— Мы почти месяц с сыном скрывали свои родственные отношения, — улыбается Юлдисен», — но скоро я сама призналась, что рядом со мной служит сын.

Помню, на Спартак было наступление. Поднявшись на небольшую высотку, я видела пехоту, танки. Окружают. И тут разворачивается башня танка и в нашу сторону направляется огромное дуло. Я только успела крикнуть сыну: «Вниз!». Мы оба получили контузию. Я в легкой форме, у сына кровь текла из носа, ушей. «Паша» отказался ложиться в госпиталь. Немного подлечился в местной больнице, ближе к своим, и вернулся в строй.

— «Паша» был пулеметчиком, вспоминает комвзвода «Юлдисен». — До этого оружие в руках не держал, как и многие ребята. Я только сыну показала, как правильно разбирать и собирать автомат, спасибо моему школьному преподавателю, который на уроках НВП в тире научил владеть оружием. Остальному сын учился самостоятельно.

Павел Олейник прослужил всего три месяца, с 15 ноября 2014 по 11 февраля 2015 гг.

— Всё случилось 11 февраля 2015 года. В этот день я с высоким давлением попадаю в больницу. Только расположилась в палате, звонит командир роты с просьбой связаться со своими на позиции, там что-то случилось. Звоню своему заму — сыну. Гудки идут, а трубку не берет. Значит, всё нормально, скоро перезвонит. И тут трубку поднял сослуживец и рассказал, что на позицию начали сбрасывать мины. Нас брали в окружение. В это время были тяжело ранены два бойца, третий был убит… Я всё поняла. Двухсотый – это мой сын. Я стала кричать в трубку: «Это Паша?» В ответ услышала: «Прости, командир. Не уберегли».

Так и не начав лечение, «Юлдисен» срочно покинула больницу и вернулась к себе в часть. Горем убитую мать окружили боевые товарищи. Не оставляли ни на минуту без внимания, всегда были рядом. Рассказали, что Павел во время нападения увидел окровавленных бойцов и побежал им на выручку. Нельзя было допустить, чтобы свои бойцы попали в лапы фашистов. Надо было немедленно вытаскивать товарищей из-под обстрела, оказать первую медицинскую помощь — остановить кровотечение. Подбежав к раненым, Павел оказался в эпицентре взрыва. В двух метрах от него разорвалась мина. «Паша» получил множественные осколочные ранения, несовместимые с жизнью.

 

Похоронен Олейник Павел Александрович (позывной «Паша») с военными почестями в Кировском районе Донецка на 11-м кладбище. Большая часть батальона приехала проститься с замкомвзвода.

Медаль «За боевые заслуги» (посмертно). Корпусная медаль.

— Хочется, чтобы сын рядом был, — плачет мать. – Он бы во многом мне помогал. Нет его. Нет его смеха. Ему было 24 года, когда погиб. Свою жизнь отдал не зря. Для каждой мамы сыновья герои. Мой сын — герой. Мы ведь пошли защищать свой дом не за медали.

— Если вернуть всё обратно, я бы снова пыталась отговорить сына от этого серьезного шага, но он все равно бы не послушал, — сквозь слезы говорит «Юлдисен». – Он пошел защищать свою семью.

 

По материалам проекта Министерства информации «Белые журавли»